• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: проза (список заголовков)
17:27 

Все бабы стервы (?)

И тут выясняется, что в сообществах у этой бабы реклама мебели в Перми! Потрясающе просто. Она ещё и из Перми. Не удивлюсь совсем этому факту. Скорее впаду ещё в большее отчаяние. Хотя, казалось, бы куда уж больше-то?

Как жить, если вокруг одни лгуны? Если я изначально не хотел говорить, откуда я, я и писал так, что не хочу говорить откуда. А тут...

Впрочем, всё без разницы. Большего отупения и ужаса, чем я получаю всё время, я вряд ли получу ещё. Казалось бы, такая доза радиации должна была бы выработать иммунитет и устойчивость к окружению, но почему-то нет иммунитета. Как и правды. Нет и не будет.

Интересно, ещё тридцать лет отчаяния я выдержу как-то? И сколько это будет продолжаться?

Если я правильно поняла всё мутку этого сраного места, то там есть какой-то хер, от которого тащатся все бабы (а баб до фига!) и он с ними переписывается, интригует, сука! Я не знаю, кто это, но подозреваю, что сисадмин. Ну и хуй на него, этого петуха! И если ты не облизал его яйца (или чего он там добивается? я не понимаю), то тебе объявлена война (?). Быть такого не может! Ну, никто в наше время не будет страдать этой хернёй? Что вообще происходит-то? И если я кому-то перебежал дорогу, то меня начинают всяко донимать эти БАБЫ! Господи, как я ненавижу баб! Любая пизда, возомнившая себя пупом мира, решает, что всё должно принадлежать ей. Забирай, сука, и желательно захлебнись счастьем. Мне не надо. Общественное тем более не надо!

Да если не твоё, тут хоть задолбись об стену, ничо не выйдет. А если выйдет, то всё равно ты заплатишь потом за это в двойной цене. Неужели это не понятно?

Хер с тобой, петух. Отрезать бы тебе твои яйца и стал бы ты кем? Правильно! Евнухом. Или на худой конец, геем.

И как я могла вляпаться во всё это? Руки опускаются. А всё ведь так нормально начиналось. Я только расписалась. Хотя, в Интернете полно других мест. Может, найдётся и для меня, и без петухов, желательно!

Я как-то выбрасывал это на фб. И удалял. Пусть будет здесь.

Писательские рабы

..- Наверное, его лучше казнить, - не решаясь поднять глаза от экрана монитора, слегка дрогнувшим голосом сказал Джон.
- Думаешь? – Джорж смотрел на его профиль и думал о чём-то своём. О запретном.
Иногда в своих мечтаниях он представлял, как Джон – молодой голубоглазый и светловолосый парень – делает ему минет. Череда разных картинок на эту многообещающую тему мелькала перед взором Джоржа, умудренного сединами и житейским том числе опытом.
С этим он ничего не мог поделать. Неизбежно, когда парень приносил ему свежую рукопись его – Джоржа Мартина – нового романа, мастистый писатель думал о чём угодно, но не о написанном романе. О романе другого плана.
Он встречал Джона на пороге своего дома, здоровался с ним за руку и просил пройти с ним в кабинет, где они запирались на несколько часов, которые оказывались для Джоржа самыми значительными за весь день, а иногда и неделю.
Кабинет выходил окнами на садик писателя, через них лился солнечный свет, и частицы пыли с книг, которых было много на полках книжных шкафов, медленно парили в воздухе.
Джорж всегда садился лицом к окну, не за свой дубовый письменный стол, а на кожаный диванчик напротив него, позволяя Джону занять своё место в глубоком стуле - за столом.
Джон неловко плюхался в кресло и доставал из потрёпанной матерчатой сумки, которую он носил через плечо, кучу исписанных мелким неразборчивым почерком листов и ноутбук. Просто иногда ноутбуки ломались, поэтому молодой человек предпочитал записывать что-то по-старинке - на бумагу. И Джорж ценил именно эту привычку молодого писателя.
Когда Мартин понял, что его зрения ему уже с трудом хватает на то, чтобы просидеть пару часов за экраном компьютера, он позвонил своему агенту и попросил найти ему раба. Писательского. Такого, которому хватит зрения, сил, мозгов и полёта фантазии для того, чтобы воплотить в жизнь все задумки известного автора, так некстати постаревшего и не дописавшего своё главное произведение.
Агент перезвонил ему через пару дней и предложил на выбор нескольких молодых, начинающих и неопытных. Тогда Джорж спросил своего агента, кого именно бы посоветовал он ему. Агент долго сомневался, предлагая Джоржу выбрать самому. В итоге сложного разговора по душам было назначено собеседование: на следующий день в два часа дня в дверь дома Мартина позвонил Джон. Он нервно заикался, выговаривая Джоржу, как рад он такому шансу, и как хотел бы работать с великим автором.
Мартину это было всё равно, его мучила головная боль и галлюцинации. Пропуская Джона мимо себя в дом, он заметил, как за ним следом в дом прошмыгнул какой-то мальчишка: грязный и лохматый!
- Эй, дяденька, ты чего творишь! – заверещал он девичьим голосом, когда Джорж попытался поймать его за локоть.
- Арья?! – потрясённо выдохнул Мартин и выпустил её руку. Девочка только вытерла ладонью свой сопливый нос и убежала в кабинет вслед за Джоном.
Мартин трясущимися руками закрыл входную дверь, и опрометью, на которую был ещё способен, кинулся в кабинет.
Девочки там не было, а Джон неуверенно топтался возле кожаного дивана, нетерпеливо дожидаясь Мартина.
- Садитесь, - Джорж прошёл мимо парня и хотел присесть за стол – в своё любимый глубокий стул – на его спинке сзади были вырезаны два меча, скрещённые эфесами.
- Простите! – резким почти грубым голосом заговорил высокий сероглазый и темноволосый человек, который непонятно откуда уселся на стул Мартина. Он смерил высокомерным холодным взглядом Джоржа так, что по спине писателя пробежал холодок, а кожа на руках покрылась мурашками.
- Нед! – воскликнул Мартин фальцетом и сам испугался звука своего голоса: он не знал, что его баритон может звучать как фальцет.
Человек за столом лишь кивнул ему головой и жестом указал в сторону Джона. Парень сидел на диванчике, замерев и затаив дыхание, и наблюдая за Мартином, боялся даже моргнуть. Когда Джорж посмотрел на него, весь его вид сам собой говорил, кричал, вопил о страхе, который переживал в данный момент Джон.
Не до конца понимая, что с ним происходит, Джорж почувствовал возбуждение от одного этого вида. Сердце забилось быстрее, кровь побежала по венам, а в голове появились странные картины на сексуальную тему…

..- Да, пусть Нед умрёт, - вновь заговорил Джон, глядя на экран ноутбука.
- Даже не думай! – из-за стула, в котором сидел Джон, вышел Старк собственной персоной и строго посмотрел на Мартина. – Кто лучше, чем я сделает с тобой вот это!
Он подошёл к Джоржу и опустился возле него на колени, одной рукой касаясь промежности Мартина. Тот молниеносным движением поймал его руку и оттолкнул её в сторону. Старк сузил серые холодные глаза и в гневе резко поднялся с колен, а затем растаял в воздухе.
- Если Неда убьет Джоффри, то Кейтелин захочет отомстить, - продолжал Джон, не замечая в кабинете никого кроме Джоржа, вразвалочку сидящего на диванчике.
- Джон, - позвал Мартин парня таким тревожным и умоляющим голосом, что тот забыл про ноутбук и удивленно посмотрел на старика. – Иди ко мне!

...- Я сделаю так, что ты не умрёшь, Джон, - сбивающимся от накатывающей волны чувств, шептал Мартин, когда парень, сидя перед ним на корточках, запускал свою тёплую ладонь в расстегнутые брюки Джоржа.
- Я - всего лишь раб, - в ответ Джон лишь грустно улыбался, понимая, что вынужден выполнять все желания своего хозяина, если хочет быть писателем.

@темы: проза

17:32 

Чужая жизнь всегда кажется интереснее своей собственной, а чужая работа - престижнее))) хотя конечно же это только так кажется. Я засуну сюда всё то, что всё равно потеряется, даже работу.

Однажды я забуду пароль и от этого дневника, и куда же тогда всё потеряется? Канет в бездну, так же как и я? Хотя при мысли, что всё тлен, в т.ч. и твоя собственная жизнь это вполне даже не страшно. Ворд глючит, дни катятся как снежный ком, который того и гляди раздавит тебя самого, хоть какая-то работа твоего личного мозга в виртуальном пространстве не так уж и тлена)))

Похоже всё на мастурбацию в прямом эфире)) вроде как получил удовольствие и отлегло. На долго ли? До следующего раза?))

Работа

Из открытой форточки дует ледяной ветер, так что штора отлетает на целый метр назад под порывом резкого холодного выдоха. Кожа покрывается мурашками, которые целой оравой бегут вниз о спине до поясницы, а затем уже и по бёдрам, и по голеням, прокладывая свои дорожки за ещё более ледяными ощущениями безнадёжности и тревоги.
Поворот ручки вниз, и окно закрыто, теперь не дует, но в комнате и так всё остыло, батареи явно не справляются, почти как на улице или в морозильнике, где хранятся замороженные туши мяса. А ещё как в морге. Впрочем, а вот и тело.
Нечто скорёженное согнув ноги в коленях и, прижавшись спиной к промороженной спине, сидит на полу, обхватив голову худыми руками-сосульками, не реагируя на шум, движения, свет.
И да, свет лучше не включать, всё равно не пошевелится, а так в темноте на ощупь работа будет проще и эффективнее.
Когда прикасаешься горячим пальцем к ледяной стене, то капельки оттаявшей и потому оторвавшейся от общей массы льдины влаги стекают по холодной глыбе вниз. Сейчас нет, даже не пошевелилась.
Совсем отощала, одна кожа да кости, не ест, не спит, не работает.
- Ты сегодня ела?
- Плевать
- А будешь есть?
- Плевать
- Ты других слов не знаешь?
- Плевать
- Может, поговоришь со мной уже по-нормальному?
Голова с коротко стриженными волосами приподнялась, как в замедленной киносъёмке. Два чёрных провала вместо глаз, бездонных и пустых. Даже видеть не надо, всё как по написанному, видно и понятно так.
- Плевать
- На что тебе плевать? На меня?
- Плевать
- Ты чо пьяная? И что ты заладила «плеват-плевать»? Как шарманка!
- Плевать
Резкий звук удара, и красный след на щеке, который в темноте всё равно не рассмотришь.
- А теперь? Теперь тебе не плевать?
- Плевать
- Я прекрасно знаю, что тебе на всё и всех плевать!
Хлопок повторился, ещё одна красная полоса. Голова с чёрными дырами вместо глаз отлетела в сторону и безжизненно опустилась на грудь. Струя горячей крови прилила к ушибленном месту, но отток крови из мозга не прекратился.
Рядом на ледяном полу, потому что он промёрз так, что ноги в носках застывают насквозь, что уж говорить о бедной заднице, которая точно после пяти минут сиденья на полу станет совсем бесчувственной и отмороженной.
- Я тебя ненавижу.
- Плевать
- Знаю. А на что не плевать?
- Плевать.
- Где Ваня? Или тебе и на него плевать?
Попытка взять за ледяную и точно уже ничего не чувствующую руку не увенчалась успехом. Кисть безжизненно повисла в воздухе, хладнокровно вывернутая из горячей руки. Даже в этом движении такая холодность и вялость, словно всё на самом деле умерло или замёрзло. Скрылось под слоем вечного снега и льда. Навеки погребено в вечной мерзлоте.
Тишина в ответ. Аллилуйя! Не плевать. Аминь.
- Так, где Ваня?
- У бабушки.
- Дома у бабушки?
- На Марсе у бабушки
- Ты чего-то опять напринималась? Что на этот раз? Мне стоит обшарить весь дом в поисках выпивки, таблеток? Не знаю, ещё чего-то?
- Плевать
- Опять за своё! Последний раз спрашиваю, что с тобой?
- Плевать
- Хорошо. Что на этот раз случилось?
- Плевать
- Это пиздец какой-то! Ты никогда не выйдешь из этого подросткового состояния? Так говорят только в дурацких американских фильмах для подростков! И относятся так же по-свински!
- Плевать
Голова слегка приподнялась. О, кажется сдвиги. По фазе моей. Работаем дальше.
- Может, поговорим.
- Плевать
Ударение на последнее слово. А впрочем, уже не хочу работать. Надоело. Хочу пожрать нормальной еды и спать завалиться, только с работы пришёл, устал же очень.
От сидения на ледяном полу ноги почти не чувствуются, с трудом отрывается задница, реально отмороженная и тяжёлая, словно пропиталась холодной водой, а затем покрылась коркой льда, въевшейся намертво в ткань.
- Теперь и мне плевать.
- Плевать
Тяжёлые, словно налитые свинцом, шаги по паркету в сторону света – на кухню. В голове стучит кровь, прилившая к щекам от мороза, который держится на улице уже вторую неделю, а так же мороза, который проник в дом и сковал и здесь всё вокруг. Только не оглядываться назад в эти провалы – чёрные дыры. Хотя вряд ли она смотрит, раз ей плевать.

@темы: проза

17:33 

Абзацццц

Зарегился тут с третьей попытки и только после принятия успокоительного в количестве трех кровавых мери. в таком состоянии обычно решается всё и само с лишь косвенным моим вмешательством в виде присутствия и выполнения некоторых физических функций. Это блять как с сексом: вроде и присутствуешь физически, но чем меньше думаешь, тем лучше получается)))

А когда выходит розовое оформление моего дневника (бугагагага!) чуть ли начал блевать мери обратно! патологически не выношу розовый! особенно все его нежные оттенки, я когда его вижу и понимаю, что это ОНО у меня в голове случается маленькая революция, которая всё равно отчего-то заканчивается переворотом в желудке.
Пока я разберусь, что тут да как пройдёт не один месяц, а может и год. последнее только в том случае, если я сочту эту игру увлекательной. Хотя тот факт, что здесь кто-то что-то (оооооо!) прочтёт из моей писанины ващееее не волнует, после того, какой мусор из своей головы я вынес на публику на долбаном фб)))) хе, а скока его там осталось - тонный и мегатонный - тык что время у меня есть, голый энтузиазм (обнажёнка и тока она!) присутствует. А остальное - побоку. во всяком случае тут я могу не думать, что за мной следят и читают. хотя уже не понятно что в моём случае страшнее. но мания преследования становится какой-то постоянной и навязчивой.

зачем? вот зачем? всё в этой жизни - хуйня и даже выхухоль - хуйня полная. так зачем за кем-то следить? при населении нашей планеты, перевалившем за эээээ 5 млн (?) человек, неужели кто-то могут быть кому-то интересен? а если так, то только в потребительских целях! да, всеобщее потребление: ты потребляешь меня, я потребляю тебя и это прогресс, детка, да! гномы-гномы-каннибалы)))) вот когда пытаешься убедить себя в том, что за тобой не следят почему-то ещё страшнее становится! паранойяяяяяя)))

нифига подобного! я точно знаю, что я абсолютно здоровый человек. особенно психически. это все остальные - больные, а я-то нормальный.

полгода болела шея, скорее всего это было из-за этого...подозрения рака щитовидной железы. тут сыграло свою роль психосоматика. подозрение так и не подтвердилось тока по той причине, что я свинтил и не поехал на последнее обследование. есть у меня такое внутреннее убеждение, что всё у меня со здоровьем хорошо. хотя теперь вот уже два месяца болят глаза! даже линзы не могу носить, ощущение, что в них песка засыпали со всех старушенций и старых перцев, заполнивших интернет. песка в глазах много. скорее всего - это тоже психосоматика. тока бы долго не длилась, не могу я без линз.

на счёт пенсионеров, заполнивших просторы нашего интернета - это вилы и шпалы и вдоль и поперек. мне собственно паралельно - мужик ты баба или дух лесной, и скока тебе лет и учил ли в школе талмуды Ленина - Сталина или ты сейчас проходишь решение уравнений в третьем классе по программе Петерсона! тока сделай любезность или окажи, не учи меня жить, не навязывай мне свою точку зрения, не заставляй меня чувствовать твоё давление! беда в том, что пенсионеры теперь не зная чем себя на досуге развлечь решили внедриться в интернет, а тут простите из себя можно кого угодно строить, хоть девственницу (ваще редкое явление!) и спорное: не считаю девственницей только физическую девственницу (вах!), если она мысленно развращена, то физика пусть лежит и отдыхает в стороне. настоящая девственница тока и физическая и духовная. хотя это я щаз так думаю, через пару минут всё изменится, я могу подумать по другому.
возвращаясь к нашим глубокопосыла....ой глубокоуважаемым пенсионерам - ради бога развлекайтесь скока влезет! тока не мучите....не учите то есть. как говорится если у самого фейс в дёгте нехуй другим сметаной мазать)))

и всё равно не приятно! вот неприятно когда они со своим багажом к кому-то подходят. когда-то я написала такой рассказик про домогательства истлевшего мертвеца к девочке, ходящей на его могилу. это было ВНЕЗАПНО! написано после ряда событий, упоминание которых мне до сих пор неприятно.

и это под завязку стишок))) давно написан, но никуда не выкладывался. а так как из ВК я удалилась (заебало всё!), пусь будит здесь.

В чёрном монастыре

Как устал я уже стареть
Без оглядки на всё былое,
В этом чёрном монастыре
С непокрытою головою.

И топить свои города
Под трухлявым и серым пеплом,
Ведь проще взять, чем что-то дать,
Забирая всё незаметно.

Скрыться ночью без оглядки,
Вырывая свои останки,
Разум твой такой же гладкий,
И чистейший в своей огранке.

Пусть не просто опять стареть
На руинах тех монастырских
Отдавая каждому треть
Той початой бутылки виски,

И устало смотреть на лес,
Под своей бетонной плитою,
В монастырь ты опять залез
С непокрытою головою.

@темы: проза

01:14 

Запах крови (смешалось фсё: дракула, академия вампиров и сумерки: рассвет)

Запах крови

Они выступали помпезно и даже, пожалуй, красиво.
Вольтури двигались чётким слаженным строем. Шагая в ногу, но, не переходя на марш, они отделились от деревьев и тёмным облаком будто поплыли над снежным ковром – так плавно они шли.
Я невольно пересчитала фигуры. Тридцать две.
- Они пришли, - прошептал Владимир Стефану.
- С жёнами, - шепнул в ответ Стефан. – И всей свитой. Все до единого. Хорошо, что мы не сунулись в Вольтерру.
И тут, видимо, что бы численный перевес стал полным и окончательным, вслед за неумолимо надвигающимися Вольтури из леса повалили ещё вампиры.
Шансов нет. Я почувствовала, как остальных охватывает то же смятение. Эдвард еле слышно зарычал:
- Алистер был прав!
- Алистер? – недоумённо спросила Таня.
Пока они совещались, я заметила какое-то движение за нашими спинами, повернув голову в ожидании увидеть кого-то из стаи Джейкоба. Однако Эдвард, способный читать мысли всех, кроме меня, оказался намного быстрее. Едва уловив мысли тех, кто подкрадывался незаметно – со спины, он мгновенно кинулся ко мне, отгораживая от теней, ровный строй которых несся на нас своей неделимой массой. Мы оказались зажаты между двумя войсками – с одной стороны Вольтури, с другой – скорее всего их союзники, пришедшие им на выручку.
Я во все глаза наблюдала, как мужчины и женщины в количестве человек двадцати, преодолевая все препятствия на своём пути, бежали к нам по полю.
При ближайшем рассмотрении мне представилось, что их глаза были такими же красными, как мои в первые дни обращения, когда Эдвард только вколол мне своей крови, чтобы я не умерла после родов, ведь Ренесми практически убила меня своим появлением на свет. В результате этого пошёл безвозвратный процесс превращения меня в вампира, на конечной стадии которого я получила невероятную силу, красоту, возможность никогда не стареть и пить кровь всех живых людей и животных, которые ходили по этой земле. Можно сказать, что побочным эффектом такого подарка судьбы стало окрашивание радужки зрачка в кроваво-красный цвет, свидетельствовавший о том, что я пью человеческую кровь. Кровь других живых существ, главным образом и преимущественно животных, которые являлись в нашем рационе основным блюдом, давала иные оттенки цвета радужки: от молочно-шоколадного до тёмно-коричневого.
Цвет глаз этих вампиров был во много ярче самого кровавого оттенка, они сияли как рубины в свете солнца, пугая своей неестественной красотой и яркостью. Именно глаза, в остальном эти существа не представляли из себя ничего особенного, разве что бегали куда быстрее, чем обычный человек или даже вампир. Так я подумала сначала, когда Эдвард пытался спрятать за своей спиной меня и Ренесми, так не вовремя оказавшуюся слишком близко ко мне.
- Что происходит? Кто они? – крикнул Карлайл, почувствовав неладное, он не готов был повернуться спиной к строю Вольтури. Однако наблюдая поведение отряда самых опасных вампиров, из всех известных Каллену, он заметил, что те были в таком же замешательстве, что и он.
Эдвард растеряно рассматривал приближающуюся ораву, стараясь прочитать их мысли до окончательного приближения к строю Каллена. Глядя в его испуганные глаза и побелевшее ещё больше лицо Эдварда, я почувствовала истинный страх, который превышал все предыдущие. Даже страх снова встретить Аро или покойного нынче Джеймса был ничто в сравнении тем, что я испытала, глядя попеременно: то на Эдварда, то на ватагу несущихся людей. Нет, не людей. Это было понятно практически сразу, но и не вампиров. Что-то в их движениях и манере поведения, одеваться, сером оттенке кожи говорило, что они – не наши вампиры.
За спиной зашумели наши враги-вампиры – Аро, Кай и Марк тревожно рассматривали сбившуюся и повернувшуюся к ним спинами кучку. Эдвард зашипел и громко ответил на мысли Стефана и Владимира, будто бросил кость надоедливым собакам, жадно заглядывающим ему в рот, пока он ел:
- Нет, Вольтури не знают, кто они! Аро не при чём! Ни Кай, ни Марк не знают, кто это!
Когда именно Джейк оказался между мной с Эдвардом и толпой красноглазых, я не успела заметить, но за секунду до того, момента, как первый из спринтеров оказался лицом к лицу с Эдвардом, большой бурый волк набросился всей свой массой на бегуна. Мужчина оказался на редкость ловким и выносливым, он отпрянул от массивной туши Джейка и дал крен влево, направляясь к Карлайлу. Египтянин Амон оказался на его пути настолько неожиданно, что не успел отскочить в сторону и получил сильнейший удар в живот, затем подброшен в воздух, словно темнокожий и древний как египетские пирамиды сын бога Ра, был пушинкой, летящей на встречу с теплой ладонью, чтобы растаять на ней под воздействием температуры человеческого тела.
- Нет! – задохнулась в безумном крике Тиа, выбежавшая на встречу спринтеру. Она была захлёстнута волной других бегунов, которые шли от главного в отрыве не более трех-четырёх шагов.
Владимир и Стефан, как велели им румынские традиции, деловито отодвинулись в сторону, пропуская вперед стаю Джейка и других вампиров их свиты Каллена, желающих попробовать столкнуться с электричкой на полном ходу в лице непонятных бегунов.
- Эдвард! – окликнул в шуме и неразберихе того, что происходило далее, Карлайл, - Уводи отсюда Беллу и Ренесми!
Однако столь блестящая мысль посетила голову старшего Каллена слегка поздоновато, потому что и я, и Эдвард оказались в кольце странных спринтеров, которые давно затормозили и фактически окружили нашу небольшую армию. Я не видела уже, куда делась Тиа, и что дальше было с Амоном, но Стефан и Владимир старательно незаметно покидали поле несостоявшегося боя.
Крики и возня за спиной в толпе Вольтури становились ещё громче, кажется, они возмущались тем, что не понимали происходящее на нашей стороне.
- Эдвард, - снова подал голос Карлайл, стоящий едва ли не нос к носу с высоким немолодым бегуном, обладателем лысой головы и пары самых страшных кровавых глаз на свете. – Ты что-то узнал?
- Да…
- Да кто вы, твою мать, такие? – Гаррет был окружён ещё большим числом бритоголовых, чем сам наш лидер - Карлайл.
- Это – стригои, - как-то чересчур тяжело и грустно вздохнул Эдвард. Я встретилась с ним глазами, но он тут же отвёл их от меня, будто собирался сказать что-то, что не мог говорить, глядя мне в глаза. Я внутренне содрогнулась, ожидая услышать нечто страшное.
Лысый, едва не обнимающий, а что самое ужасное обнюхивающий Карлайла, отошёл от него и приблизился так же едва ли не вплотную к Эдварду. Моё мёртвое сердце готово было умереть снова, только бы он не был так близок ко мне и Каллену. Его бегуна имело неприятный серый оттенок, одежда была пыльной и поношенной, а взгляд кровавых глаз совершенно и полностью безумен.
- Стригои?! – обрушившуюся так же внезапно на нас, как эти демоны, вырвавшиеся казалось из самого ада, тишину разбавил удивленный голос Стефана. Этот трус и наглец, так же как и Владимир, нарушая свои румынские традиции теперь возвращался к нам в строй тем же быстрым шагом, что и покидал его приблизительно пару минут назад.
Я не в силах пошевелится под тяжёлым взглядом лысого стригоя, едва смогла перевести дух, чтобы затем медленно развернуться в сторону притихших так же как и мы, Вольтури. Аро, Кай и Марк, отделившиеся от своей свиты лёгким прогулочным шагом направлялись в нашу сторону, в то время как остальные из их семьи остались стоять на месте и сверлить гневными взглядами их спины.
Только тут я заметила, что наш отряд был окружён со всех сторон этими стригоями, про которых я даже не слышала, равно как и Карлайл. А ему положено было бы знать, но слова Эдварда о том, что эти бегуны стригои даже не вызвали в нём понимание того, кто это может быть. Казалось, он был так же растерян и тревожен, как и все остальные.
Я не могла рассмотреть, где в этот момент был Джейк, который пропал за пределы моей видимости с тех пор, как он бросился на главаря банды бритоголовых.
- Джейк, - тихо прошептала я одними губами так, чтобы услышал только Эдвард.
И он услышал, правда, отвечая на мой вопрос вслух, он говорил так, чтобы услышали все присутствующие, кто, конечно же, имел уши:
- Он с Ренесми. А Сэм, и Ли, и…
Не договорил, потому что лысый бросился на него так же резко и неожиданно как мог бы сделать только очень сильный вампир, превосходящий в своих навыках и опыте даже Аро. Но Аро был слишком стар, обладая умом, силой, талантом за давностью срока он превратился в пустой сосуд, в котором всё было, но испарилось, а фасад облез, как извёстка или краска. Этот главарь был полон ярости, силы, злобы и оттого крайне опасен. Он по-прежнему молчал, вцепившись мёртвой хваткой в плечи Эдварда и с невероятной силой сдавливая их. Моему ужасу не было предела, я боялась, что ещё немного и под мощью этой силы кости моего каменного мужа всё же треснут. Сам Эдвард проявлял невероятное мужество, пытаясь вырваться из страшной хватки бритоголового. У него не вышло, даже когда Эмметт, будучи самым сильным и непобедимым из Калленов, попытался прийти к нему на помощь, предварительно раскидав в стороны двух стригойских женщин, достаточно хрупких с виду и таких же стальных, как их мужчины.
Ситуация изменилась координальным образом, когда к нам подошли Волтури собственной персоной и во всём своём величии и составе: Аро, Марк, Кай. С противоположной стороны поля вернулись Стефан с Владимиром, которые не успели уйти на достаточно большое расстояние, но стремились покинуть поле как можно быстрее.
- Что вы тут забыли? – с заносчивым выражением лица и интонацией набросился на лысого главаря стригоев Владимир, который всегда обладал большим количеством спеси. – Кто разрешил стригоям приходить к нам в книгу?
- Да. Элайя, давай, вали отсюда! – вторил первому румыну Стефан. – Это наша битва, наше дело, а вы вон – ступайте с дампирами сражаться – к себе!
Этот самый лысый Эллайя в бешенстве своём выпустил из рук плечи Эдварда и с искажённым злобой выражением лица повернулся к наглым румынам.
- Что ты сказал, Дракул? – в его голосе читалась такая непередаваемая ярость, а в глазах бушевал кровавый огонь, я видела это с того места рядом с Эдвардом, где по-прежнему стояла, боясь пошевелится под гипнозом окруживших нас стригоев.
- О, Боже, только его нам тут не хватало! – устало вздыхая, протянул Аро, скидывая свой капюшон с головы и обнажая пергаментное лицо и седые волосы. – Не призывайте его! У нас тут своя борьба, нам не надо чужих битв! Крови на всех не хватит!
Его прервал насмешливый голос Кая, который так же скинул по примеру Аро с головы капюшон, невозмутимо и пристально рассматривая Элайю вблизи:
- Сходка у нас для решающей битвы! Зачем понабежали стригои? За вами, что ли моррои гонятся? Или дампиры совсем одолели?
- Так. Всё! Замолчали все! – голос Элайи был громким и яростным, как его взгляды, которыми он буравил Аро, Кая, Стефана и Владимира. – Сейчас вас перебьём, тогда посмотрим, что вы делать будите!
- Да мы же тогда ничего делать не сможем! Если вы нас перебьёте! – возмутился Владимир.
Он был на две головы ниже ростом Эллайи, но вот не боялся аристократический выскочка никого. Даже суперсильных и выносливых стригоев, пришедших откуда-то из других земель и книг.
Тут все услышали в тишине, такой густой как туман, который ещё недавно покрывал землю плотным облаком, хлопанье или какой-то лязг над полем, которое должно было стать полем брани. Я, как и все прочие рядом со мной, подняла глаза к небу, откуда казалось, что шёл этот звук.
- Накликали беду! – зло прошипел Стефан, разглядывая под облаками чёрную точку, быстро приближающуюся к нам и приобретающую очертания птицы.
- Дракон! – в ужасе закричал Гаррет, который стоял на достаточном расстоянии от меня, но его вопль долетел так, будто он кричал мне в ухо, и был слышен по всему полю.
На заднем плане ворчливо заколыхались Вольтури, их серые в плащах фигуры переминались с ноги на ногу, не решаясь приблизиться или отступить без воли предводителей. Аро поднял руку в чёрной кожаной перчатке вверх, призывая свою свиту прекратить волнения. Кай глупо хлопал глазами, рассматривая птицу, выросшую в монстра который при ближайшем рассмотрении напоминал летучую мышь. Вот мордой и своим поросячьим носом точно напоминал мышь, и ушками, так смешно топорщимся над головой, а тело, хвост и лапы явно принадлежали драконьему виду. Я присоединилась к удивленному восторгу Кая, так же хлопая глазами и рассматривая прилетевшее чудо.
Едва зверо-птицеподобное нечто размером с трехэтажный дом коснулось земли своими когтистыми лапами и сложило огромные кожистые крылья за спиной одним взмахом, который едва не снёс с ног нас всех вместе взятых. Ветер растрепал мои волосы, а запах сырого подземелья или гнили, так мощно забивался в нос, что я готова была вернуть свой завтрак: два литра крови пумы, которую раздобыл и притащил нам Эмметт сегодня утром.
- Тьфу, ты! – закричал Владимир, когда его накрыло так же как и меня ароматом, исходившим от странного зверя.
- Дракула! Кончай народ волновать! Обращайся уже! – завопил ещё громче Гаррета Стефан, одной рукой зажимая нос, другой рукой нащупывая опору в лице Владимира.
Я перевела взгляд на Эллайю, потрясённого увиденным зрелищем больше других. Его кровавые глаза готовы были засосать и поглотить это чудо природы в виде гигантской летучей мыши – дракона, от восторга он даже приоткрыл рот и перестал пугать меня своим злобным видом.
Тем временем сам зверь начал терять форму чёрной твари, он словно сдувался, уменьшаясь в размерах прямо на глазах всей нашей толпы, а затем и совсем приобрёл вид человека, одетого в чёрную броню и с длинными распущенными волосами цвета воронова крыла.
- Магия! – прошёл едва уловимый шепоток по толпе удивленных стригоев, во время всего этого действа сбившихся в кучу и покинувших посты оцепления моих вампиров.
- Что за разбор полётов без меня? А? Я вас спрашиваю?! – едва он открыл рот, его громоподобный глас пронзил мой слух. На секунду пришлось зажмуриться, а когда я открыла глаза, то смотрела прямо в два изумрудных огромных глаза, живо блестящих под кустистыми чёрными как смола бровями. – Это что за цветочек? Откуда?
- Это – Белла, моя жена, - задвигая в буквальном смысле меня за свою спину, жёстко произнёс Эдвард.
Брови обладателя зелёных глаз насупились как у маленького ребёнка, он тут же отвернулся от меня в другую сторону и подошёл к Аро:
– Ну, любезный мой Аро, рассказывай: что, как, когда, почему?
- А-а-а-а! – раздался крик со стороны свиты Вольтури, повернув голову в ту сторону я увидела, как высокая и крупная фигура Деметрия на полной скорости пересекает разделяющее нас пустое пространство поля.
- Так, Влад, познакомься, это – Эллайя. Он – предводитель стригоев, - начал вступительное приветствие с какой-то стати решивший начать дипломатический диалог Владимир. – Он-то, конечно, о тебе наслышан. Вот меня назвал твоим светлым именем…
На эти слова Дракула резко оглянулся и смерил уничижительным взглядом небольшую фигурку Владимира:
- Тебя? Это из-за запаха крови, у нас она общая. Правда, стригой? Ты же чувствуешь запах того, что даёт тебе жизнь? Питает тебя силой, а? – в два шага оказавшись рядом с всё ещё завороженным Эллайей, Дракула наклонился к его обнажённой под рубашкой шее и втянул ноздрями воздух так, что они затрепетали.
Сам Эллайя, видимо, проделал тот же фокус в ответ, и потому почувствовав аромат гнилой старой крови древнего вампира, зашёлся истеричным кашлем.
Дракула посмотрел на него насмешливо и едва заметно улыбнулся.
- Так, всё, я пошёл домой! – Елеазар шумно выкинув в траву под ногами какое-то оружие, которым обзавёлся под шумок и нервной походкой направился в сторону той стороны леса, где располагался дом Калленов. – Раз бой отменяется, делать мне здесь нечего!
- Что ты сказал, несчастный? – голос Дракулы прогрохотал над полем, когда, наконец, до него добежал Деметрий всей своей огромной фигурой обрушиваясь на закованное в чёрные латы с изображением дракона тело Пронзателя.
Развернулась небольшая борьба рукопашная и кулачная, все зрители приблизились к потасовке с интересом наблюдая возню двух сильных вампиров на земле. Сначала, не ожидавший такого удара в спину Дракула потерял контроль над началом боя и дал сопернику шанс нокаутировать себя, повалив на землю. Однако обретя вновь ясность в понимании происходящего, Влад собрался с силами и дал блестящий отпор, уложив Деметрия на обе лопатки, а затем методично вталкивая его лицом в грязь. Рычанье Деметрия прерывалось слабыми вскриками, и грязной бранью на румынском, которая вырывалась у Дракулы.
Стефан и Владимир многозначительно переглянулись между собой, и последний изрёк фразу, долетевшую до моих ушей:
- Так ругаться надо учиться! Не всякий помнит такие слова, что были на заре времён! – и прыснул со смеху в раскрытую ладонь, как какая-то средневековая засмущавшаяся девица.
В борьбу двух всесильных верзил внезапно вмешался Аро, легонько задевая ботинком тело Деметрия, поваленного Дракулой на землю:
- Не трогай моего телохранителя! Он мне ещё пригодится!
- Тебя уже даже мама не спасёт! Это я тебе гарантирую, твой телохранитель только что попытался совершить нападение на меня! А я – вседержатель! – зелёные глаза и сведённые на переносице пуще прежнего брови вновь обратились ко мне, стоявшей в сторонке и мирно наблюдавшей за дракой. Не каждый день увидишь такое зрелище!
Эдвард наклонился к самому моему уху и прошептал в него:
- Ты ему нравишься. И это не нравится мне!
Я ошарашенно посмотрела на него, наблюдая, как искры безумства вспыхивают и гаснут в этих глазах, про себя думая о том, что он нашёл время для выяснения отношений. Да разве я каждый день лицезрею самого Дракулу собственной персоной?
- Ты раздражаешь уже ведением тут своих разборок! – высказался, наконец, вновь появившийся рядом с Дракулой Владимир. – Иди к себе и там побеждай врагов! Оставь нам свои дела решать самим!
К тому времени Дракула уже закончил бить Деметрия об землю, и поднявшись с колен вытер руки об платок с вышитой женской рукой гравюрой, извлечённый откуда-то из-под своих лат:
- Ты забываешься, кузен! С кем говоришь. Смотри у меня, ещё Виктор пожалует! На запах крови все сбегутся! – он отошёл с Владимиром подальше от нас, вслед за ними поспешил Стефан. Они что-то обсуждали там, хмурясь и смеясь, и били друг друга в грудь руками, доказывая свою правоту. Когда к ним присоединился Аро, Кай и Марк старательно делали вид, что их не существует в пределах видимости и не лезли в разборки ни словом, ни делом.
Эдвард подошёл к Карлайлу, предлагая ему присоединится на правах второй стороны к обсуждению старейшин. Но Каллен отказался, предполагая, что на их стороне Стефан и Владимир, а уж они-то не упустят возможности разрешить конфликт с выгодой для себя. При этом он отметил, что дружба с Калленами выгодна румынам больше, чем с Вольтури, которые будучи хитрыми итальянцами всё равно предадут родственников самого Дракулы.
За шумом драки и ведения разбирательств все позабыли про стригоев, чьё присутствие уже не ощущалось так остро, как на первых парах, когда они совершили свой дерзкий и внезапный набег. Предводитель стригоев - Эллайя, смекнувший, что ему тут ловить особо нечего, уговаривал зазевавшихся на вампира-дракона своих людей убираться восвояси, чтобы там в своём мире вампиров замутить очередную битву с дампирами и морроями. Стригои же не слушались его, намереваясь подружится с сильным мира сего здесь и сейчас. Эллайя жил давно на свете, много повидал и видимо понимал, что подружиться с Пронзателем не у всех получится. Я же просто наблюдала за ними, пытаясь не думать о том, что случилось с нашими оборотнями – Джейком, Ли, Сэтом, Полом, Джаредом. И молилась о том, чтобы всё это собрание вампиров разных мастей и разновидностей из книг и фильмов побыстрее заканчивалось!
Когда эта шайка-братия вернулась в круг, оставленный стригоями, которые всё ещё с восхищением смотрели на Дракулу и не шелохнулись с места, самый главный вампир сказал:
- Фу-фу, что-то ликанами пахнет! Точно Виктор не далеко! Сейчас нагрянет, а может и Люциан с ним придёт!
- Да как тебе в голову такое взбрело? – возмутился шедший рядом с ним Стефан. – Виктор никогда не придёт сюда! У него высокие технологии под боком – кино!
Он как нелюбитель прогресса и старейший после Дракулы вампир предпочитал жить по старинке, редко используя все блага цивилизации, чего откровенно недопонимал старейший вампир из серии «Другой мир» - Виктор, бравший от жизни максимум и с удовольствием пользовавший всё, что возможно было попользовать. Первый спор Стефана и Виктора на тему технологического прогресса в современно мире случился лет пять назад на территории вселенной «Marvel». Где они столкнулись лицом к лицу с Тони Старком и помогавшим ему гением густо-зелёного оттенка первой весенней листвы – доктора Бенера, который и становился во гневе Халком. Оба обладали невероятными способности в области создания
Дракула рассмеялся каким-то треснувшим словно орех под ногой воина смехом, рассматривая всё ещё лежавшего на земле без чувств Деметрия:
- А почему тогда шерстью пахнет? Весь запах крови перебивает!
На этот раз Каллен посчитал нужным вмешаться, он вышел из круга, отведенного его команде вампиров стригоями и, глядя прямо в глаза главного, твёрдо произнёс:
- Это наши оборотни. Они всегда воняют, но зато они - наши!
- Они просто потомки индейцев, которые здесь обитали, а сейчас живут в резервации. Их магия древняя, они могут обращаться в гигантских волков, - добавил Эдвард, выходя из кружка следом за Карлайлом. Он был какой-то уставший и тревожный, видимо, читая мысли всех собравшихся боялся потерять рассудок
- Магия! – пронёсся шепоток среди притихших стригоев. Дракула смерил их презрительным взглядом, поморщился при упоминании индейцев и оборотней. Весь его серьёзный и грозный вид давал понять, что с ним шутки плохи, начавший только приходить в себя Деметрий своими постанываниями только подтвердил моё предположение.

@темы: проза

Шифр и цифрозапись

главная